berezinan55 (berezinan55) wrote,
berezinan55
berezinan55

Categories:

Убирайтесь в свою Россию

«Очень хочется в Советский Союз! Атомный, страшный, большой, коварный...» Не все знакомы с творчеством группы «Ундервуд», но транслируемое ею настроение разделяют, безусловно, очень многие. Новая волна ностальгии накатила на общество в связи с новой армяно-азербайджанской войной. «В СССР такого не было, в СССР все жили дружно», — уверяют тоскующие по «исчезнувшей империи». Кто-то по незнанию, кто-то — позабыв, а некоторые — осознанно искажая историю.

Слухи о межнациональном мире во времена Советского Союза сильно преувеличены
ВООРУЖЕННЫЙ КОНФЛИКТ В НАГОРНОМ КАРАБАХЕ, БОЙ НЕПОДАЛЕКУ ОТ ШУШИ, НОЯБРЬ 2020 ГОДА.

В Советском Союзе много чего не было, но межнациональные конфликты присутствовали в таком ассортименте и таких масштабах, что утерли бы нос и нашему, не самому спокойному времени. Причем отсчет надо начинать отнюдь не с горбачевской перестройки.

Дубина народных войн

Ответ на вопрос, когда все это началось, очень прост — с самого начала. В смысле с установления советской власти. Шествие ее по национальным окраинам распадавшейся империи было вопреки советским учебникам истории далеко не триумфальным. И совсем не мирным.

К примеру, первый советско-украинский конфликт разразился уже в конце 1917 года: 5 декабря Совнарком РСФСР постановил «считать Раду (имеется в виду Украинская центральная рада. — «А.К.») в состоянии войны с нами». Дальше — больше. Советская Россия воевала с Эстонией, Латвией, Литвой, Грузией, Арменией, Азербайджаном, казахской Алаш-Ордой, Хивинским ханством, Бухарским эмиратом... В общем, со всеми успевшими вкусить независимости осколками империи.

Конечно, межнациональными эти столкновения можно назвать лишь отчасти: представители «освобождаемых» большевиками народов находились, как правило, по обе стороны линии фронта. Тем не менее главным вопросом всех этих противостояний был, как ни крути, национальный. Вопрос самоопределения.

И победа большевиков — в случае с Прибалтикой она была отсрочена на 20 лет — отнюдь его не закрыла. Ни в какой из провинций красной империи. Одно национальное восстание следовало за другим: Армения (1921 год), Грузия (1924-й), Якутия (1924-й, 1927-й), Дагестан (1930-й), Чечня (1924–1925 гг., 1929–1930 гг., 1932-й), басмаческое движение в Средней Азии (1920-й — конец 1930-х)...

Масла в огонь подлила коллективизация, которая во многих случаях по своим последствиям носила характер геноцида. Пожалуй, особенно отчетливо это проявилось в Казахстане: по оценкам историков и демографов, в результате спровоцированного «коллективизаторами» голода погибло от трети до половины казахов. Но безропотным это заклание назвать никак нельзя.

Вот неполный список антисоветских выступлений на территории Казахстана в этот период: Бостандыкское и Батпаккаринское восстания (1929 год), Иргизское, Кзыл-Ординское, Асанское, Балкаш-Шокпарское, Барибаевское, Сарысу-созакское восстания (все — 1930 год), Алакское (1931-й), Адаевское (1929–1932 гг.)...

После подавления всех этих больших и малых «буржуазно-националистических мятежей» наступило кратковременное относительное затишье. А затем — новый мощный всплеск национального движения, совпавший с началом Великой Отечественной войны. И войной же, собственно, и спровоцированный.

«Националистическое подполье», как в советские времена было принято называть сторонников независимости «братских республик», увидело в нацистском нашествии грандиозный шанс для себя. И не преминуло им воспользоваться.

Первое восстание в тылу Красной армии вспыхнуло уже 22 июня 1941 года — так называемое Июньское восстание в Литве. Повстанцы атаковали отступающие подразделения РККА, брали под контроль стратегически важные объекты и целые города. Похожим образом развивались события в Латвии, Эстонии и на Западной Украине.

Неспокойно было и на Кавказе. О масштабах антисоветских выступлений на территории северокавказских автономий в период войны историки спорят до сих пор. Но сам их факт отрицать трудно. Вот один из характерных эпизодов этого противостояния, описанный в докладе начальника отдела по борьбе с бандитизмом НКВД СССР Леонтьева:

«16–17 августа 1942 г. объединенные кадровые банды Бадаева Амчи, Магомадова Идриса, Хамзаева Кудуза, Исмаилова-Сангиреева, Махмудова, Девзелигова и других, а также спровоцированная часть местного населения, возглавляемая Шериповым и Исраиловым, совершили нападение на райцентр Шаройского района Химой и селения Дзумсой и Тазбичи Итум-Калинского района... 18 августа повстанцы в количестве около 1500 чел. окружили райцентр Итум-Кале, но подоспевшими на помощь Итум-калинскому гарнизону войсками НКВД были разогнаны».

Впрочем, проблемы такого рода возникали и очень далеко от фронта. Яркий пример — ямальское восстание 1943 года, известное также как «Мандалада» (так у ненцев называется народный сход для решения важнейших вопросов). Но в этом случае мотивы были далеки и от войны, и от какой бы то ни было идеологии. Поводом стало то, что пункты кооперации перестали отпускать оленеводам хлеб — притом что налоги продолжали исправно взиматься.

Восстание, естественно, было подавлено. Однако у ненцев было по крайней мере то преимущество, что их невозможно было выслать в «отдаленные районы СССР». И так уже жили дальше некуда — позади только Северный Ледовитый. Между тем депортация была в те годы основным методом наказания народов и групп населения, заподозренных в нелояльности.

С 1920 по 1953 год было принудительно выслано более шести миллионов человек. Десять народов — немцы, корейцы, финны-ингерманландцы, карачаевцы, калмыки, чеченцы, ингуши, балкарцы, крымские татары и турки-месхетинцы — подверглись тотальной депортации. Оценки числа погибших в результате «великого выселения народов» колеблются в интервале от 700 тысяч до 1,2 миллиона.

Но больше всего хлопот у советской власти было с братьями-славянами (на Украине — с бандеровским движением, в Белоруссии — с «Черным котом», боевым крылом Белорусской независимой партии) и с прибалтийскими «лесными братьями».

ОТРЯД ЛАТЫШСКИХ «ЛЕСНЫХ БРАТЬЕВ».

А происходившее на западноукраинских землях и вовсе можно назвать полномасштабной войной. Как ее ни определяй — как гражданскую, национально-освободительную или как борьбу с бандитизмом.

Некоторое представление о ее масштабах дает постановление президиума ЦК КПСС от 26 мая 1953 года «Вопросы западных областей Украинской ССР» (на момент принятия — совершенно секретное): «С 1944 по 1952 г. в западных областях Украины подверглось разным видам репрессии до 500 тысяч человек, в том числе арестовано более 134 тыс. человек, убито более 153 тыс. человек, выслано навечно из пределов УССР более 203 тыс. человек...»

Общие безвозвратные потери противоборствующей стороны — военнослужащие, сотрудники милиции и госбезопасности, советский актив — около 30 тысяч.

И это лишь один, пусть и самый большой из мятежных регионов. И лишь — до 1952 года. Партизанская война, постепенно затухая, шла еще несколько лет. На Западной Украине последнее боестолкновение между советскими спецслужбами и бандеровцами произошло, по имеющимся данным, в 1960 году. Последний литовский «лесной брат», Антанас Крауялис, был ликвидирован в ходе спецоперации в 1965 году. Последний эстонский, Аугуст Саббе, — в 1978-м.

Эти бои были уже, понятно, лишь отголосками прежней эпохи. Военная фаза противостояния между советской метрополией и непослушными окраинами завершилась в основном в середине 1950-х годов. И практически одновременно с этим началось возвращение к «ленинским нормам» в национальной политике.

С представителей депортированных народов сняли статус ссыльных. А некоторым — чеченцам, ингушам, калмыкам, карачаевцам, балкарцам — даже разрешили вернуться к родным очагам.

Баррикады эпохи застоя

Наступившая новая эпоха продолжалась 30 лет — до второй половины 1980-х. Этот период был самым мирным, самым спокойным, самым благополучным в межнациональных отношениях за все 74 года советской власти. Собственно, именно его — а совсем не то, что было до и после, — и имеют в виду, вспоминая с ностальгией о советской дружбе народов.

Но идиллическими эти отношения не были даже в «золотое» тридцатилетие. Да, войн не было. Но погромов, резни, волнений — сколько угодно. Вот лишь несколько примеров.

1958 год: русский бунт в Грозном. Поводом послужило убийство группой чеченцев молодого русского рабочего. Реакцией русского населения стали стихийные митинги, переросшие в открытое восстание. Развитие события было вполне революционным: бунтовщики захватили здание обкома, прорвались в здания республиканских управлений МВД и КГБ, попытались занять телефонную станцию и блокировать вокзал.

Резолюция грозненского майдана, размноженная на реквизированных обкомовских бланках, гласила: «Учитывая проявление со стороны чечено-ингушского населения зверского отношения к народам других национальностей, выражающегося в резне, убийствах, насилии и издевательствах, трудящиеся города Грозного от имени большинства населения республики предлагают... переименовать ЧИАССР в Грозненскую область... Чечено-ингушскому населению разрешить проживать в Грозненской области не более 10 процентов от общего количества населения...»

Порядок был восстановлен лишь после ввода в город войск и введения комендантского часа. Причем толпа и тут активно сопротивлялась, забрасывала военнослужащих камнями. По данным МВД, в ходе беспорядков погибли два жителя города, пострадало 32 человека (в том числе четыре сотрудника милиции).

1963 год: волнения среди африканских студентов, обучавшихся в московских вузах. Да-да, было и в Советском Союзе свое Black Lives Matter! 18 декабря несколько сот чернокожих молодых людей вышли на Красную площадь с самодельными плакатами, на которых по-русски было написано: «Москва — вторая Алабама!», «Хватит убивать африканцев!», «В Африке к русским относятся хорошо!».

Поводом стала смерть студента из Ганы. Как все случилось, правда, никто не видел: тело было обнаружено на обочине проселочной дороги в окрестностях Москвы. По официальной версии, Эдмунд Ассаре-Аддо замерз, находясь в состоянии алкогольного опьянения. Но земляки бедолаги не без основания заподозрили криминал: логичных объяснений, что заставило африканца оказаться в подмосковном лесу (притом в одиночку и в зимнюю стужу), не было.

1965 год: несанкционированные многотысячные митинги и демонстрации в Ереване, разогнанные силами милиции и спецслужб. Выступления — они были приурочены к 50-летию начала геноцида армян в Турции (24 апреля 1915 года) — прошли под лозунгом «справедливого решения армянского вопроса». Одним из основных требований протестующих было включение Нагорно-Карабахской автономной области в состав Армянской ССР.

1967 год: массовые беспорядки в Нагорном Карабахе, спровоцированные убийством армянского мальчика. По свидетельству очевидца, «Степанакерт превратился в настоящее поле боя». В город были введены войска, применившие боевое оружие. 14 человек, обвиненных в организации беспорядков, приговорили к различным срокам заключения, пятерых зачинщиков — к расстрелу.

1969 год: антирусские погромы в Ташкенте. События начались 4 апреля 1969 года на центральном стадионе столицы Узбекистана во время футбольного матча между командами «Пахтакор» и «Динамо» (Минск). На трибунах появились плакаты с надписями типа «русские — вон!»

Проигрыш ташкентской команды еще больше накалил страсти. Вначале атаке подверглись трибуны с русскими болельщиками, затем беспорядки выплеснулись на улицы города. Группы узбекской молодежи охотились на людей со славянской внешностью и избивали их. 8 апреля, после матча «Пахтакор» — «Спартак» (Москва), все повторилось.

«Молодчики с гиканьем и руганью, с криками «Ур!» (бей) с налета валили русских девушек на землю, раздирали в один миг одежду в клочья, оставляя девушек голыми, — рассказывал о событиях этого дня в письме в газету «Правда» некто В.Смирнов (послание, разумеется, не было опубликовано, но было передано в ЦК КПСС). — Наряды милиции бегали от толпы к толпе, не в силах что-либо сделать...

Частые инциденты такого плана говорят о том, что кто-то разжигает национальную вражду. «Езжайте в свою Россию», «Вашей кровью будем мазать крыши» и тому подобные заявления нередко произносятся в адрес русских».

1977 год: серия терактов в Москве. Все были совершены в один день — 8 января. Первая бомба взорвалась в вагоне метро, на перегоне между станциями «Измайловская» и «Первомайская», вторая — в торговом зале продуктового магазина неподалеку от комплекса зданий КГБ, третья — у входа в продмаг на улице 25 Октября (ныне Никольская). Погибли семь человек (все — при взрыве в метро), 37 были ранены.

Следствием были установлены трое виновных: Степан Затикян, Акоп Степанян и Завен Багдасарян. Все трое состояли в нелегальной «Национальной объединенной партии Армении», выступавшей за независимость республики от СССР.

1981 год: массовые беспорядки в Орджоникидзе (ныне — Владикавказ), столице Северо-Осетинской АССР, продолжавшиеся в течение трех дней — с 24 по 26 октября. В самой Северной Осетии эти события часто называют «осетинской революцией». В соседней Ингушетии трактовка предсказуемо иная: там говорят о «вылазке осетинских националистов». В милицейских же отчетах это квалифицировалось как «выступления экстремистских и хулиганских групп местных жителей».

Триггером послужило убийство водителя такси, осетина по национальности. Но понятно, что это был лишь непосредственный повод. Отношения между осетинами и ингушами были накалены до предела: один инцидент следовал за другим. И у каждой стороны были, естественно, своя интерпретация этих происшествий, своя правда.

Тем не менее главные претензии тогда были предъявлены к власти, не желавшей, по версии участников бунта, «положить конец беззаконию». Попытки силового разгона стихийных митингов только разозлили людей. Разъяренная толпа штурмовала и захватила обком партии и ряд других административных зданий. Некоторые из них были подожжены.

«Восставшему народу» противостояли военнослужащие внутренних войск и курсанты размещенных в городах военных училищ. В столице республики шли настоящие уличные бои.

«Перед гостиницей «Владикавказ» построили баррикаду, куда машинами возили кирпич и сваливали перед толпой, — вспоминал один из очевидцев и участников событий, осетинский писатель, актер и общественный деятель Георгий Бекоев. — Мальчишки ломали ее, чтобы удобнее было швырять в противника, и относили все это парням, которые забрасывали ими солдат, стоявших в парке... Подростки наполняли бензином бутылки и забрасывали ими военные машины...»

В ходе подавления беспорядков травмы различной степени тяжести получили, согласно милицейским сводкам, 328 военнослужащих (большинство пострадавших — курсанты). Точные данные о потерях среди «хулиганов» отсутствуют.

Все это, напомним, случилось не в эпоху «цветных революций», а в разгар благословенного застоя. Когда страна строила БАМ и коммунизм, боролась за мир во всем мире и слушала льющиеся с трибун, телеэкранов и газетных полос речи о «крепнущей дружбе братских народов».

Зона разлета

О том, что реальность сильно отличалась от сладких речей, догадывались, конечно, многие. Но подлинный масштаб проблем в межнациональных отношениях стал очевиден лишь после того, как с клокочущего вулкана «дружбы» слетела крышка партийно-чекистского контроля. Слетела, конечно, не сама по себе и не сразу, а вследствие «демократизации всех сторон жизни советского общества». Короче говоря — в результате перестройки.

Горбачевские реформы вызвали двойной эффект. Во-первых, падение прежних барьеров оказало огромное стимулирующее воздействие на националистов всех мастей. Во-вторых, проблемы и инциденты перестали замалчиваться: то, о чем раньше даже шептаться было нельзя, стали писать в газетах и показывать по ТВ.

Собственно, этот контраст между прежним пропагандистским лубком и хлынувшим потоком нефильтрованной информации и создал миф, набравший силу в первые постсоветские годы: перестройка-де разрушила дружбу народов, прочный межнациональный мир.

Архитекторов и прорабов перестройки ругать, конечно, есть за что. Но в защиту их следует сказать, что ни один из межнациональных конфликтов не возник в период горбачевского или ельцинского правления. У всех была длинная доперестроечная — а у многих и досоветская — история. Какие-то на момент начала реформ находились в замороженном, какие-то — в тлеющем, а некоторые, как тот же осетино-ингушский, — в открыто пылающем состоянии.

Без этого бэкграунда совершенно не понять случившееся на рубеже 1980-х — 1990-х годов — почему «братья» принялись вдруг выяснять отношения, а то и убивать друг друга. Ведь не с Луны же свалились все эти «национальные активисты»! Ходили в советские школы, учились в вузах, носили октябрятские звездочки и пионерские галстуки, состояли в комсомоле и профсоюзах. А многие — в партии. И всюду, по идее, воспитывались в духе «пролетарского интернационализма».

Если считать, что с воспитанием все получилось, то объяснить метаморфозу, произошедшую с «братской семьей», можно лишь с помощью версий мистико-конспирологического сорта. Ну, к примеру, той, что советских людей в одночасье поразил некий зловредный вирус, затмивший их сознание, заставивший забыть, что они составляют «новую историческую общность». Правда, тогда придется признать, что вирус никуда не делся и по-прежнему делает свое черное антисоветское дело.

Ни одна из расселившихся по отдельным квартирам бывших братских республик не захотела вернуться в «коммуналку». Годы идут, а осколки советской империи, подобно космическим телам после Большого взрыва, лишь все дальше разлетаются друг от друга.

О величине этой дистанции говорит, в частности, то, как в современном Казахстане, одном из наиболее дружественных России постсоветских государств, относятся к событиям декабря 1986 года. Напомним, что это были первые масштабные массовые беспорядки на национальной почве в перестроечном СССР. Открывшие, так сказать, счет.

Согласно тогдашней советской интерпретации, на улицы Алма-Аты вышла «группа учащейся молодежи, подстрекаемая националистическими элементами», чем воспользовались «хулиганствующие, паразитические и другие антиобщественные лица». Поводом для выступлений послужила замена казаха (Кунаева) на русского (Колбина) на посту первого секретаря компартии Казахстана: протестующие требовали поставить во главе республики представителя титульной национальности.

ПАМЯТНИК «ЗАРЯ НЕЗАВИСИМОСТИ» В АЛМА-АТЕ, ПОСВЯЩЕННЫЙ ДЕКАБРЬСКИМ СОБЫТИЯМ 1986 ГОДА.

Ну так вот: «экстремистов» и «хулиганов» чествуют сегодня в независимом Казахстане как национальных героев. А сами волнения именуют Декабрьским восстанием (Желтоксан көтерілісі, или просто Желтоксан). В Алма-Ате и ряде других городов страны есть сегодня улицы Желтоксана — переименованные в память о тех событиях. На алма-атинской в 2006 году, в 20-летнию годовщину Желтоксана, был воздвигнут монумент «Заря независимости».

Словом, представление, что народы спят и видят, как «распри позабыв, в великую семью соединятся», — такой же миф, как и монолитность советской «братской семьи».

Не исключение даже Россия. Да, ностальгия бьет исторические рекорды: о распаде СССР сожалеют более двух третей, около 70 процентов россиян. Но при этом за «восстановление СССР в его прежнем виде» выступают, согласно результатам последних проведенных на эту тему социологических исследований («Левада-Центр»), лишь около 12 процентов респондентов. Народ далеко не так наивен и забывчив, как хотелось бы некоторым нашим мечтающим о «чем-то большем» политикам.

И, думается, если бы вопрос был сформулирован более конкретно — не просто «хотите ли вы назад в СССР?», а «хотите ли, чтобы русские солдаты гибли, усмиряя разбушевавшихся «братьев», чтобы львиная доля нашего национального богатства шла на покупку лояльности членов «братской семьи», удержание их от «развода» и чтоб в ответ неслось «убирайтесь в свою Россию», — процент «восстановителей» вообще бы стремился к нулю.
https://www.mk.ru/politics/2020/11/09/ubiraytes-v-svoyu-rossiyu-pochemu-nevozmozhno-vosstanovlenie-sssr.html


В.Б. В чем выход? Приведу часть своего собственного текста "Имперская идея и русский национальный вопрос" https://berezinan55.livejournal.com/54551.html , где формулируется понятие "органичной империи":

Что это вообще такое - империя? Можно, конечно, определять империю от слова "император", но тогда для создания "империи" достаточно, чтобы ее правитель объявил себя таковым, кроме того, в эту категорию не попали бы ни одна из ныне существующих и многие из существовавших ранее империй. Значительно продуктивнее определить империю, как могущественное государство, играющее ведущую роль в историческом процессе. В прежние времена глава такого государства имел право называть себя Императором, а не "просто", скажем, королем. Многонациональность необязательна, например, в Китае (Поднебесной империи), хоть и проживает 56 национальностей, но собственно китайцы - ханьцы составляют 92% , т. е. Китай отнюдь не относится к многонациональным государствам (как, впрочем, и Россия).

Существовавшие и существующие империи можно подразделить на "органичные" и "неорганичные". Любая органичная империя - это следствие. Следствие растущих сил имперообразующего народа, который увеличивает свою численность и силу, и которому становится тесно в прежних границах. Он начинает "переть", как тесто из квашни, захватывая или осваивая новые и новые территории.

Неорганичные (неестественные) империи (как правило, исторически недолговечные) являются не следствием роста и развития имперообразующего народа, а результатом волюнтаристских, субъективных и ошибочных устремлений и действий правящей элиты, заключающихся прежде всего в неоправданных территориальных приобретениях.


В качестве примеров органичных империй можно привести нынешний Китай и Россию доромановского периода. В качестве неорганичных - Австро-Венгерскую империю, Романовскую Россию и СССР, как ее территориального наследника. Для Романовской России ошибочным было присоединение Средней Азии ( кроме Казахстана), Кавказа,Польши, т. н. Западной Украины и Прибалтики. Конечно, задним числом судить всегда намного легче, но свое влияние на этих территориях (изначально враждебных, причем, органично враждебных русским и всему русскому) следовало осуществлять другими способами - прежде всего экономическими, при крайней необходимости используя такие "институты", как военные и военно-морские базы.

Империя является тем более устойчивой, а значит, органичной, чем больший процент населения в ней приходится на собственно имперообразующий этнос (в России это русские, в Китае - ханьцы). На 1989 год русские составляли всего 50,8% населения СССР (https://aftershock.news/?q=node/566174&full ), что было, несомненно, одним из факторов, способствовавших его распаду.

Иоанн IV Грозный, последний из Рюриковичей, прозорливо говорил на предложения идти завоевывать мусульманские государства: "Государства всей вселенной не хотим."

Той же Средней Азии можно помогать инвестициями в выращивание хлопка (и ряда других культур), а так же, посылая туда специалистов - агрономов, организаторов производства и т. п. В свою очередь на базе этого дешевого хлопка можно развивать в России свое мануфактурное и швейное производство. Это - в качестве примера осуществления контроля над сопредельными территориями с помощью экономических методов. Да за нас бы там Богу молились! Не было бы межнациональной напряженности, а была бы настоящая дружба народов. Присоединять же обратно Среднюю Азию было бы уже не просто ошибкой, а преступлением.

Писатель Проханов делает свою  "5-ю империю" (которая должна по его мнению воссоздать территориально Советский Союз) целью, а не естественным следствием роста сил имперообразующего народа. И в этом - ошибка, тянущая за собой все остальные противоречия. Если империя - цель, а не следствие, то она обязательно будет неорганичной. А очередная неорганичная империя окончательно добьет русский народ.

Поэтому, чтобы вообще можно было говорить об империи применительно к России, как ни странно это выглядит для некоторых, необходимо решить РУССКИЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ВОПРОС. Решение русского национального вопроса - это прекращение рабского состояния русского народа: Русская деревня должна возродиться. Собственно русские регионы должны получить приоритетное развитие, а не финансироваться по остаточному принципу, как это было в СССР и продолжает оставаться в РФ. Всяческие "оптимизации", а с ними и "оптимизаторы" должны уйти в прошлое (а кто-то - в места не столь отдаленные). 85% населения страны должны стать хозяевами этой страны. Лишь тогда можно будет говорить о возможности какой-то "симфонии". Симфонии с остальными 15-ю процентами. Только после этого русские смогут начать "увеличивать свою численность и силу, "переть", как тесто из квашни" - и далее по тексту. Если этого не произойдет, мы просто повторим судьбу косовских сербов.

Tags: История России, Концепция органичной империи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment